Особенности гормонального статуса женщин репродуктивного возраста с метаболическим синдромом

РезюмеС целью изучения особенностей гормонального статуса женщин репродуктивного возраста с метаболическим синдромом (МС) обследованы 111 женщин в возрасте от 18 до 45 лет. Согласно критериям диагностики МС, у 52 пациенток диагностирован МС, в группу контроля включены 59 женщин. Оценивали показатели состава тела (величина и процент жировой массы, величина массы скелетной мускулатуры, тощей массы, общее количество воды в организме, внутри- и внеклеточной жидкости), показатели биохимических (уровни общего холестерина, холестерина липопротеидов высокой и низкой плотности, триглицеридов, мочевой кислоты) и гормональных исследований [инсулин, С-пептид, глобулин, связывающий половые гормоны (ГСПГ)]. При изучении показателей гормонального обмена у женщин репродуктивного возраста, страдающих МС, в сыворотке крови выявлены повышенные уровни инсулина и С-пептида (соответственно до 53,1 мкМЕ/мл и 7,1 пмоль/л) натощак и постпрандиально, гиперлептинемия и пониженный уровень ГСПГ. Показано, что определение уровней лептина и ГСПГ может служить дополнительным маркером МС у данной группы пациентов.

Ключевые слова:метаболический синдром, гормональный статус, биохимический статус, женщины репродуктивного возраста

Вопр. питания. - 2012. - № 1. - С. 75-79.

Метаболический синдром (МС) определяется как комплекс метаболических, гормональных и клинических нарушений, ассоциированный с риском развития сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) и сахарного диабета (СД) типа 2, в основе которого лежат инсулинорезистентность (ИР) и компенсаторная гиперинсулинемия (ГИ) [1, 3, 6, 11, 13, 19].

Клиническое значение МС определяется, с одной стороны, его широкой распространенностью (10-30% в популяции), которая у женщин репродуктивного возраста составляет от 6 до 35% [7, 9, 15], а с другой стороны - ускорением развития и прогрессирования ССЗ, занимающих первое место среди причин заболеваемости и смертности в экономически развитых странах. По данным ряда авторов [6], у женщин репродуктивного возраста, страдающих МС, наиболее часто отмечаются базальная и постнагрузочная ГИ, абдоминальное ожирение, гипоадипонектинемия, гиперлептинемия, а также гиперфибриногенемия, гипертриглицеридемия, гипо-α-холестеринемия и гиперурикемия.

Сочетание ИР, ГИ, абдоминального ожирения, артериальной гипертензии (АГ) и нарушений липидного, углеводного и пуринового обмена оказывает отрицательное влияние на состояние общего и репродуктивного здоровья женщины. Для женщин репродуктивного возраста, больных МС, характерны перименопаузальный тип строения и фиброз железистой ткани молочных желез. При этом высокая частота выявления ультразвуковых маркеров пролиферации может быть связана с хронической ГИ, что обычно ассоциируется с риском развития онкологических заболеваний [6]. Абсолютная и относительная гиперлептинемия, как правило, обнаруживаемая у лиц женского пола с избыточной массой тела или ожирением, может обусловливать появление у них клинических и гормонально-метаболических нарушений. Последние обычно характеризуются увеличением риска развития АГ, повышением частоты ановуляции с ингибированием овуляции вследствие прямого действия лептина на преовуляторный фолликул, увеличением доли свободных андрогенов, нарушающих фолликулогенез, и др. [8, 10, 14].

Низкий уровень глобулина, связывающего половые гормоны (ГСПГ), ассоциируется с ИР, ГИ, нарушением толерантности к глюкозе, высоким уровнем триглицеридов и низким уровнем холестерина липопротеидов высокой плотности (ХС ЛПВП) [12, 17, 18]. Наряду с этим у 40% женщин репродуктивного возраста с МС выявляются структурнофункциональные изменения левого желудочка с развитием концентрической гипертрофии и нарушением диастолической функции миокарда, что может быть связано с низким уровнем адипонектина, способствующего ремоделированию кардиомиоцитов [6]. МС, протекающий латентно в течение длительного времени, ассоциирован с риском развития и прогрессированием атеросклеротических изменений кровеносных сосудов, что определяет необходимость изучения гормональнометаболических нарушений у женщин репродуктивного возраста, страдающих МС.

С учетом вышесказанного целью настоящей работы явилось изучение особенностей гормонального статуса женщин репродуктивного возраста с МС.

Таблица 1. Антропометрические данные и показатели состава тела у обследованных женщин (M±m)

Материал и методы

Работу проводили в отделении болезней обмена веществ Клиники ФГБУ "НИИ питания" РАМН. В исследовании участвовали 111 женщин в возрасте от 18 до 45 лет (средний возраст 27,9±0,7 года). Согласно критериям диагностики МС, установленным Всероссийским научным обществом кардиологов [4], все пациенты были разделены на 2 однотипные по возрасту группы. Основную группу составляли женщины репродуктивного возраста, страдающие МС (n=52, средний возраст - 28,5±1,1 года, группу сравнения - женщины репродуктивного возраста без МС (n=59, средний возраст по группе - 27,5±0,8 года).

Критерии включения пациентов в основную группу с МС: ожирение абдоминального типа (окружность талии более 80 см), наличие 2-х и более из перечисленных признаков: содержание триглицеридов (ТГ) в крови >1,7 ммоль/л, холестерина липопротеидов высокой плотности (ХС ЛПВП) <1,2 ммоль/л, ХС липопротеидов низкой плотности (ЛПНП) >3,0 ммоль/л, наличие систолического (САД) и диастолического артериального давления (ДАД) >130 и >85 мм рт.ст., гипергликемии нато щак (уровень глюкозы в плазме крови нато- щак >6,1 ммоль/л) или нарушение толерантности к глюкозе (содержание в плазме крови через 2 ч после нагрузки глюкозой от 7,8 до 11,1 ммоль/л).

Всем пациентам проводили антропометрическое обследование: измеряли рост, массу тела, окружность талии (ОТ) и бедер (ОБ), вычисляли индекс массы тела (ИМТ), определяли соотношение ОТ/ОБ.

Показатели состава тела (величина и процент жировой массы, величина массы скелетной мускулатуры, тощей массы, общее количество воды в организме, внутри- и внеклеточной жидкости) оценивали с помощью биоимпедансных анализаторов "Inbody 520" и "Inbody 720" (Корея). Кроме того, в сыворотке крови на биохимическом анализаторе "Konelab 30i" (Финляндия) исследо вали следующие биохимические показатели: уровни общего холестерина (ХС), ХС ЛПВП и ХС ЛПНП, ТГ, мо чевой кислоты. Для оценки состояния углеводного обмена, (уровня инсулина и чувствительности к нему) проводили оральный глюко зотолерант ный тест. Исследования осуществляли утром натощак после 10-14-часового го лодания на фоне обычной физической активности, в положении больной сидя. В венозной крови опред еляли показат ели гликемии, иммунореактивн ого инсулина (ИРИ) натощак и через 120 мин после нагрузки 75 г глю ко зы, растворенной в 200 мл воды. Для определения ИР вычисляли индексы HOMA и Caro. Индекс HOMA (Нomeostasis Мodel Аssessment) вычис ляли по формуле [16]: инсулин натощак (мкМЕ/мл) Ч глюкоза натощак (ммоль/л)/22,5. Индекс Caro рассчитывали как отношение концентрации глюкозы крови (ммоль/л) к уровню ИРИ (мкЕд/мл). ИР диагностировали при значениях индекса HOMA >2,77 и Caro <0,33. На иммуноферментном анализаторе MultiScan+ (Финляндия) с использованием стандартных наборов фирмы "Monobind" (США) определяли содержания инсулина и С-пептида, а с использованием наборов "DBC" (Канада) - содержания лептина и ГСПГ.

Статистическую обработку данных проводили с помощью программы SPSS 17,0. Результаты представлены в виде средних величин и стандартной ошибки средней величины (M±m). Сравнение групп проводили с использованием непараметрического критерия Манна-Уитни. Корреляционный анализ осуществлен по методу Спирмена. Достоверными считали результаты при коэффициенте сравнения (р)<0,05.

Таблица 2. Биохимические показатели крови и гормонального статуса у обследованных (M±m)

Результаты и обсуждение

При анализе антропометрических показателей (табл. 1) у пациенток основной группы установлено абдоминальное ожирение II степени: масса тела и ИМТ составили в среднем соответственно 105,5±2,9 кг и 38,1±0,9 кг/м2, ОТ - 105,5±1,7 см, отношение ОТ/ОБ - 0,91±0,01, что свидетельствовало о распределении жировой ткани преимущественно в абдоминальной области. При оценке показателей состава тела у пациенток основной группы выявлено повышение содержания жировой массы (в среднем 50,5±2,1 кг), массы скелетной мускулатуры (в среднем 30,6±0,6 кг), тощей массы (в среднем 55,0±1,1 кг) и общей жидкости в организме (40,3±0,8 л). Следует отметить, что антропометрические показатели и показатели состава тела у пациенток основной группы значительно превышали рекомендуемые нормы (группа сравнения; см. табл. 1).

При исследовании биохимических показателей в сыворотке крови (табл. 2) отмечено, что у женщин основной группы показатели липид- ного спектра крови были достоверно выше, чем в группе сравнения: содержание общего ХС составило в основной группе 5,33±0,12 ммоль/л, в группе сравнения - 4,63±0,10 ммоль/л (р<0,001), уровень ХС ЛПНП - соответственно 3,41±0,10 и 2,69±0,09 ммоль/л (р<0,001), содержание ТГ - 1,79±0,09 и 0,93±0,05 ммоль/л (р<0,001). В то же время уровень ХС ЛПВП был достоверно выше в группе сравнения, чем в основной (соответственно 1,52±0,05 и 1,11±0,05 ммоль/л, р<0,001).

Оценивая состояние углеводного обмена у обследованных (табл. 2), следует отметить, что базальный и постпрандиальный показатели гликемии были достоверно выше в основной группе, чем в группе сравнения (соответственно 5,09±0,14 и 6,37±0,32 ммоль/л против 4,66±0,08 и 4,99±0,17 ммоль/л; р<0,001).

При исследовании показателей гормонального статуса установлено, что уровни инсулина и С-пептида натощак в сыворотке крови у женщин с МС были достоверно выше, чем в группе сравнения (соответственно 14,3±1,26 мкМЕ/мл и 2,6±0,2 пмоль/л против 8,3±0,7 мкМЕ/мл и 1,6±0,1 пмоль/л, p<0,001). Через 2 ч после нагрузки 75 г глюкозы у пациенток основной группы в сыворотке крови отмечено повышение содержания инсулина и С-пептида соответственно до 53,1±6,0 мкМЕ/мл и 7,1±0,5 пмоль/л, в группе сравнения - до 23,7±2,9 мкМЕ/мл и 4,6±0,3 пмоль/л (p<0,001). Несмотря на то что базальная гликемия и инсулинемия у пациенток основной группы находились в пределах нормы, индексы HOMA и Caro превышали значения в группе сравнения: в среднем 3,3±0,3 и 0,45±0,03 ед. против 1,7±0,2 и 0,76±0,06 ед. (p<0,001). Полученными данные согласуются с результатами других исследований, свидетельствующими об увеличении ИР при нарастании массы тела [2, 3].

Одновременно у всех женщин выявлено повышение содержания лептина в сыворотке крови, более выраженное в основной группе (соответственно 51,8±3,1 и 32,8±3,7 нг/мл; p<0,001). Уровень ГСПГ в основной группы был достоверно ниже, чем в группе сравнения (соответственно 49,5±3,9 и 92,4±8,3 нмоль/л; p<0,001).

Проведенный корреляционный анализ выявил положительную зависимость между уровнями инсулина, С-пептида, лептина и ИМТ (соответственно r=0,650, 0,619 и 0,759; p<0,001), а также между уровнями указанных гормонов и ОТ (r=0,693; 0,659 и r=0,729; p<0,001). Уровень лептина в плазме крови у женщин репродуктивного возраста также коррелировал с содержанием в сыворотке крови ТГ (r=0,537, p<0,001), ХС ЛПНП (r=0,256; p=0,017), ХС ЛПВП (r=-0,286; p=0,008), базальным (r=0,178; p=0,097) и постпрандиальным (r=0,509; p<0,001) уровнем глюкозы, индексом ИР НOMA (r=0,620; p<0,001). Выявлена отрицательная корреляционная взаимосвязь как между уровнями ГСПГ и ИМТ (r=-0,568; p<0,001), так и между уровнями ГСПГ и ОТ (r=-0,611; p<0,001). Уровень ГСПГ в сыворотке крови также отрицательно коррелировал с содержанием ТГ (r=-0,492; p<0,001), постпрандиальным уровнем глюкозы (r=0,247; p=0,03), индексом ИС НOMA (r=-0,559; p<0,001) и положительно коррелировал с уровнем ХС ЛПВП (r=0,519; p<0,001).

Таким образом, при оценке гормонального статуса у женщин репродуктивного возраста, страдающих МС, выявлены существенные отклонения изучаемых показателей от нормальных величин, играющих важную роль в развитии ИР и прогрессировании осложнений при МС. Так, у женщин с МС в сыворотке крови повышено содержание инсулина и С-пептида натощак и постпрандиально, обнаружены гиперлептинемия, снижение уровня ГСПГ, сочетающиеся с более высоким уровнем базальной и постпрандиальной гликемии, общего ХС, ХС ЛПНП, ТГ и более низким уровнем ХС ЛПВП, чем у женщин без МС. Согласно современным представлениям, объединяющей основой всех проявлений МС являются первичная ИР и сопутствующая ей компенсаторная гиперинсулинемия [1, 5]. Как известно, под термином "инсулинорезистентность" принято понимать снижение реакции инсулинчувствительных тканей на инсулин при его достаточной концентрации в крови, приводящее к хронической компенсаторной гиперинсулинемии. Важную роль в развитии и прогрессировании ИР играет значительное увеличение массы висцеральной жировой ткани, характеризующейся низкой чувствительностью к антилиполитическому действию инсулина (особенно в постпрандиальный период), сопровождающееся усилением липолиза в висцеральных адипоцитах и повышением уровня свободных жирных кислот, что, как правило, сочетается с метаболическими нарушениями [1].

Обращает на себя внимание, что у женщин ре- продуктивного возраста с МС обнаружено более высокое содержание лептина в сыворотке крови, чем у женщин без МС. В то же время в основной группе у обследованных более четко прослеживается наличие корреляционной взаимосвязи между уровнем лептина с ИМТ, ОТ, ХС ЛПНП, ХС ЛПВП, ТГ, базальным и постпрандиальным уровнем глюкозы, индексом НOMA. Таким образом, определение уровня лептина в плазме крови может служить дополнительным маркером МС. Следует учитывать, что лечебно-профилактические мероприятия, направленные на коррекцию избыточной массы тела у женщин репродуктивного возраста, страдающих МС, могут привести к улучшению чувствительности тканей к инсулину и снижению уровня лептина в плазме крови.

В проведенном нами исследовании показано, что уровень ГСПГ у женщин репродуктивного возраста с МС был достоверно ниже, чем у женщин без МС. При этом отмечена отрицательная корреляция уровня ГСПГ не только с антропометрическими показателями (ИМТ, ОТ), но и с рядом метаболических параметров (содержанием в сыворотке крови ТГ, постпрандиальным уровнем глюкозы, индексом НOMA).

Следует отметить, что, согласно многочисленным данным, МС широко распространен в мире. Для уточнения и выявления дополнительных критериев МС, по-видимому, среди населения многих стран необходимо проводить целенаправленные исследования показателей гормонального статуса. Полученные нами данные также указывают на целесообразность исследования показателей гормонального статуса, в том числе уровней лептина и ГСПГ в плазме крови у пациентов с МС, особенно при проведении лечебнопрофилактических мероприятий с целью снижения риска ассоциированных с ним сердечно-сосудистых заболеваний и СД типа 2.

Литература

1. Бутрова С .А. // РМЖ. - 2001. - № 2. - С. 56-60.

2. Зыкина В .В. Индивидуализация диетотерапии пациентов сахарным диабетом типа 2 на основе анализа пищевого статуса с использованием методов нутриметаболомики: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - М., 2008.

3. Когай М.А. Структура метаболического синдрома у лиц разного пола с избыточной массой тела и ожирения: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - Новосибирск, 2008.

4. Критерии диагностики МС Всероссийского научного общества кардиологов, 2009. Диагностика и лечение метаболического синдрома // Кардиоваскулярная терапия и профилактика: Сборник. - 2009. - Т. 8, № 6. - Прил. 2. - С. 59-61.

5. Метаболический синдром / Под ред. Г.Е. Ройтберга. - М.: МЕДпресс-информ, 2007. - 224 с.

6. Чубриева С .Ю. Метаболический синдром у женщин репродуктивного возраста: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - СПб., 2009. - 45 с.

7. Cook S., Weitzman M., Auinger P. et al. // Arch. Pediatr. Adolesc. Med. - 2003. - Vol. 157. - P. 821-827.

8. Correia M.L.G., Haynes W.G., Rahmouni K. et al. // Diabetes. - 2002. - Vol. 51, N 2. - P. 439-442.

9. Dekker J.M., Girman C., Rhodes T. et al. // Circulation. - 2005. - Vol. 112, N 5. - P. 666-673.

10. Duggal P.S., Van Der Hoek K.H., Milner C.R. et al. // Endocrinology. - 2000. - Vol. 141. - P. 1971-1976.

11. Grundy S.M., Brewer H.B., Cleeman J.I. et al. // Circulation. - 2004. - Vol. 109. - P. 433-438.

12. Hajamor S., Despres J.P., Couillard C. et al. // Metabolism. - 2003. - Vol. 52, N 6. - P. 559-572.

13. Kahn R., Buse J., Ferrannini E., Stern M. // Diabetes Care. - 2005. - Vol. 28. - P. 2289-2304.

14. Kikuchi N., Andoh K., Abe Y. et al. // Biol. Reprod. - 2001. - Vol. 65. - P. 66-71.

15. Mamedov M., Suslonova N. // Diabet. Vasc. Dis. Res. - 2007. - Vol. 4, N 1. - Р. 46-47.

16. Matthews D.R., Hosker J.P., Rudenski A.S. et. al. // D i a b e t o l o g i a - 1985. - Vol. 28. - P. 412-419.

17. Sherif K., Kushner H., Falkner B.E. // Metabolism. - 1998. - Vol. 47. - P. 70-74.

18. Tchernof A., Toth M.J., Poehlman E.T. // Diabetes Care. - 1999. - Vol. 22. - P. 1875-1881.

19. Wallace T.M., Levy J.C., Matthews D.R. // Diabetes Care. - 2004. - Vol. 27. - P. 1487-1495.