Характеристика рационов питания хоккеистов с различной массой тела и показателей их метаболического статуса

Резюме

Интенсивные физические нагрузки могут приводить к эндогенной интоксикации организма спортсменов. Возникает метаболический стресс, обусловленный ускорением пластического и энергетического обмена и накоплением продуктов неполного метаболизма, активизируются процессы перекисного окисления липидов, происходят изменения в гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системе организма. Одним из первых и мощных средств восстановления является питание.

Цель работы - оценка биохимических показателей крови, характеризующих метаболические процессы организма, у спортсменов с различной массой тела (МТ) при организованном питании.

Материал и методы. Обследованы 3 группы хоккеистов в возрасте 26,4±0,8 года, играющие в Континентальной хоккейной лиге, с различной МТ: ниже 25-го квартиля - 1-я группа (n=7), выше 75-го квартиля - 3-я (n=9) и в зоне 25-75-го квартиля - 2-я (n=17). Проанализированы меню-раскладки для оценки потребления пищевых веществ и энергии за сутки. Биохимические показатели крови, характеризующие метаболический статус организма (концентрацию общего белка, мочевины, креатинина, глюкозы, общего холестерина, холестерина липопротеинов высокой и низкой плотности, триглицеридов, активность креатинкиназы-МВ, аланинаминотрансферазы, аспартатаминотрансферазы, уровень тестостерона и кортизола), определяли через 2,5 и 4 мес игр. Рассчитывали индексы анаболизма, коэффициенты атерогенности и де Ритиса. Результаты и обсуждение. Энергетическая ценность рациона (6693,5 ккал/сут) в целом соответствовала суточным потребностям спортсменов (от 5953,2 до 6494,4 ккал/сут). Его калорийность у лиц 1-й группы была выше рекомендованной на 13,5%, 2-й - на 3,1%, у спортсменов 3-й группы соответствовала потребности в расчете на 1 кг МТ. Содержание белка превышало норму для лиц 1-3-й групп на 51,4-27,0%; жиров - на 34,0-12,4%. Количество углеводов соответствовало норме только для лиц 1-й группы. Спортсмены 2-й и 3-й групп недополучали углеводы соответственно на 6,7 и 13,8%. Концентрация тестостерона была в пределах нормы, кортизола - значительно выше нормы. Индекс анаболизма свидетельствовал о перетренированности лиц 1-й и 2-й групп на всех этапах наблюдения, а 3-й группы - через 4 мес игр. Уровень мочевины при повторном обследовании статистически значимо повысился и превышал норму соответственно на 30,4; 27,4 и 25,3%, возрастало содержание креатинина. Через 2,5 мес игр уровень общего холестерина у лиц 2-й и 3-й групп был выше, чем в 1-й группе, но не выходил за пределы референтных границ; через 4 мес он превысил норму. Концентрация липопротеинов высокой плотности была ниже или на нижней границе нормы; низкой плотности в динамике наблюдения в 1-й группе незначительно повысилась, во 2-й и 3-й группах выходила за пределы нормы. Индекс атерогенности увеличился, превысив возрастную норму во всех группах наблюдения. Активность креатинкиназы-МВ выходила за пределы нормы у хоккеистов всех групп, а активность аспартатаминотрансферазы возросла у спортсменов 2-й и 3-й групп, превысив норму. Коэффициент де Ритиса у спортсменов всех групп при каждом исследовании был выше нормы. Заключение. У хоккеистов признаки катаболизма были более выражены в 1-й группе, менее - в 3-й (уровень кортизола). О системном метаболическом сдвиге в сторону усиления катаболизма белка в такой же последовательности свидетельствовали концентрация мочевины и креатинина и коэффициент де Ритиса. Нарушения липидного обмена были более выражены у лиц 2-й и 3-й групп. Биохимические показатели свидетельствовали о наличии перетренированности, гипоксии в клетках сердечной мышцы и об активизации биохимических процессов в сторону глюконеогенеза, что подтверждается данными о недостаточном потреблении с рационом углеводов.

Ключевые слова:хоккей с шайбой, рацион питания, масса тела, биохимические показатели, метаболический статус

Для цитирования: Рахманов Р.С., Богомолова ЕС., Хайров Р.Ш. Характеристика рационов питания хоккеистов с различной массой тела и показателей их метаболического статуса // Вопр. питания. 2019. Т. 88, № 4. С. 57-65. doi: 10.24411/0042-8833-2019-10042

Правильно организованное питание и проводимая фармакологическая поддержка являются важными компонентами подготовки спортсмена, в том числе и хоккеиста, для поддержания его оптимальной спортивной формы, быстрого восстановления и реабилитации после травм и переутомления. Средства и способы восстановления физической работоспособности спортсменов должны вытекать из характера выполняемой работы. Одним из первых и мощных средств восстановления является питание. Именно оно в первую очередь способно расширить границы адаптации организма спортсмена к экстремальным физическим нагрузкам [1]. Однако интенсивные нагрузки могут приводить к эндогенной интоксикации организма спортсменов. Возникает так называемый метаболический стресс, обусловленный ускорением пластического и энергетического обмена и накоплением продуктов неполного метаболизма [2], активизируются процессы перекисного окисления липидов, происходят изменения в гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системе организма [3-5]. Продукты неполного метаболизма выступают в качестве токсикантов и негативно воздействуют на детоксикационные и антиокислительные процессы в организме. Физические нагрузки оказывают влияние на состояние системы глутатиона [6]. Длительные физические нагрузки приводят к изменениям в микробиоте толстого кишечника: бактерии вырабатывают эндотоксины, которые при попадании в кровоток запускают системный воспалительный ответ иммунных клеток организма [7, 8].

В связи с этим актуальна разработка профилактических мероприятий по сохранению и восстановлению работоспособности спортсменов при значительных нагрузках [2]. В этом перечне и адекватное питание. Сбалансированная диета играет ключевую роль в обеспечении максимальной работоспособности организма и влияет на результат в спортивных состязаниях [9]. Благодаря хорошо подобранным стратегиям питания обеспечивается эффективность спортивных занятий и восстановление организма [10, 11].

Цель работы - оценка биохимических показателей крови, характеризующих метаболические процессы организма, у спортсменов с различной массой тела (МТ) при организованном питании.

Задачи исследования: оценить адекватность организованного питания хоккеистов по содержанию макронутриентов; сравнить поступление белков, жиров и углеводов в группах хоккеистов с различной МТ; оценить метаболический статус спортсменов в ходе игрового сезона на основе биохимических маркеров крови.

Материали методы

Объектом наблюдения были профессиональные хоккеисты с шайбой, играющие в Континентальной хоккейной лиге, принявшие участие в исследовании на основе информированного добровольного согласия. Их возраст составил 26,4±0,8 года. До 80,0% времени хоккейного сезона они проводили за пределами домашнего региона. В это время питание было организованным, а размеры порций основных блюд (салат, первое, второе) одинаковыми.

С использованием метода анализа меню-раскладок оценили потребление пищевых веществ и энергии за сутки (рассчитывали среднюю величину на человека) с применением таблиц химического состава пищевых продуктов [11, 12]. Проанализировано 6 вариантов суточных рационов: по два в дни до игры и по одному - в день игры.

На завтрак предлагали: овощную нарезку, 3 варианта каш на молоке (геркулесовая, манная, рисовая), омлет или яичницу-глазунью, сосиски молочные или говяжьи, творог полужирный 9,0%. На общем столе были сметана, мед, молоко сгущенное с сахаром 8,5% жирности, варенье из клубники, из вишни, паста "Нутелла", масло сливочное, чернослив, курага, изюм, сыр российский, сыр плавленый, буженина, ветчина, колбаса варено-копченая, кукурузные хлопья, мюсли, шоколадные шарики, молоко пастеризованное 2,5%, кефир 1%, йогурт творожный, круассаны, торт "Медовик", чизкейк, блины, киви, нектарины, бананы, груши, сок яблочный, сок апельсиновый, нектар вишневый, кофе с сахаром и сливками, булочки французские, багет французский, тостовый хлеб.

В дни без игр чередовали 2 варианта обедов. Они включали по 3 разных салата, первых и вторых блюд, нарезки, соусы (болоньезе, карбонара). В качестве гарниров использовали гречу, рис, овощи на гриле, спагетти. Третьим блюдом были чай, кофе, морс, вода минеральная. В рационе были фрукты (бананы, груши, яблоки), йогурт питьевой, штрудель с яблоками или ассорти песочного пирожного. На общем столе выставляли сметану, хрен, горчицу, оливковое масло, бальзамический и соевый уксусы, зелень (укроп, петрушка), лук репчатый, чеснок зубчиками, томатный соус.

В день игр обед из расчета на 40 человек включал: морс ягодный (15 л), воду минеральную без газа (по 0,5 л - № 40), салат греческий с моцареллой или витаминный из капусты; рулеты с курагой и язык отварной (500/500 г); суп-лапшу куриную (без лука и зелени) или бульон куриный с яйцом и гренками; куриную грудку с шампиньонами под сливочным соусом, бедра куриные запеченные или стейк семги на гриле. Гарнирами служили спагетти, греча, овощи на гриле, рис. Соусы - болоньезе и карбонара. Напитки - чай, кофе со сливками и фрукты. Вместо сладкого блюда предлагали бутерброды с красной икрой.

В дни без игр было 2 варианта ужинов. В один из них входили салат (греческий, с отварным языком, овощной с тунцом), семга слабосоленая или сельдь тихоокеанская слабосоленая, суп (куриный бульон с яйцом, зеленью и гренками, крем-суп из шампиньонов), второе блюдо (филе бедра индейки, запеченное с сыром и черносливом, судак, запеченный с овощами в духовке, окорочка куриные запеченные, котлеты мясные, куриная печень, тушенная в сливках), рис с морепродуктам или лазанья мясная, соус (болоньезе, карбонара), гарнир (спагетти, греча), хлеб (ржаной из муки обойной, пшеничный 1-го сорта), морс ягодный, йогурт питьевой, мучные изделия (вареники с вишней и с творогом, сырники творожные со сметаной и сгущенкой, блины, пирог с курагой, капустой, мясом и картошкой), паста "Нутелла", сыр гауда, бананы, арбуз, дыня, гранат.

Во второй вариант ужина входили такие блюда, как салаты (овощная нарезка, селедка под шубой, винегрет), семга слабосоленая, куриный бульон с яйцом, зеленью и гренками, куриное филе с грибами в сливочном соусе, палтус на пару, окорочка куриные жареные, капуста тушеная с уткой, пельмени из говядины, различные гарниры, соусы, напитки и фрукты.

Кроме того, хоккеисты ежедневно принимали специализированные пищевые продукты для питания спортсменов (СПППС) и спортивные напитки (СН): "BCAA-Pro" (содержит аминокислоты L-лейцин, L-изолейцин и L-валин, а также L-глютамин, витамин C, витамин В6 и 5-метил-7-метоксиизофлавон); "VP Laboratory Daily" (содержит витамины, минеральные вещества, ферменты); "Арбуз" (содержит L-лейцин, изолейцин, L-валин, L-цитруллин, L-аналин, таурин, яблочную и лимонную кислоту, бикарбонат натрия и холекальциферол), "Банан" (содержит белки, углеводы, пищевые волокна, сахар, насыщенные жиры, холестерин, витамины А и С, минеральные вещества); напитки "Isostar Reload" и "EFS First Endurance", препарат, содержащий магний "Multipower Magnesium Liquid". В день игр они принимали углеводный напиток: перед игрой и после нее - изотонический напиток "Hypotonic Sport Drink", во время игры - изотонический раствор "Olimp Sport Nutrition".

Для исследования выделили 3 группы лиц с различной МТ: ниже 25-го квартиля (n=7) - 1-я группа, выше 75-го квартиля (n=9) - 3-я группа и входящие в зону от 25-го до 75-го квартиля (n=17) - 2-я группа. Рассчитали калорийность рациона (с учетом приема СПППС и СН), содержание и соотношение в нем белков, жиров и углеводов. Сравнили калорийность рациона и потребность в энергии и пищевых компонентах, определили поступление макронутриентов в расчете на 1 кг МТ хоккеистов в каждой группе [13].

Для оценки состояния метаболических процессов организма брали пробы крови после периода отдыха, исходя из положения о том, что при нормальном функционировании организма величины биохимических показателей возвращаются в пределы своих референтных границ [14, 15]. Всего было проведено 2 отбора проб: через 2,5 и 4 мес от начала игр после возвращения на базу. Первый отбор проб крови провели после проведения 8 встреч в сезоне игр, второй - после 24 встреч. Кровь брали утром натощак посредством венопункции локтевой вены. Обработку крови и получение сыворотки проводили стандартными методами. Образцы сыворотки крови анализировали с помощью стандартизованных коммерческих наборов реагентов на биохимическом автоматическом анализаторе "Konelab-20" (Thermo Fisher Scientific Inc., Финляндия) на содержание общего белка, мочевины, мочевой кислоты, креатинина, глюкозы, общего холестерина (ОХС), холестерина липопротеинов высокой (ХС ЛПВП) и низкой плотности (ХС ЛПНП), триглицеридов, креатинкиназы-МВ (КК-МВ), аланинаминотрансферазы (АЛТ), аспартатаминотранс-феразы (АСТ). Тестостерон и кортизол определяли при помощи ИФА-диагностикумов (Вектор-Бест, РФ). Рассчитывали индекс атерогенности. Для интегральной оценки состояния организма спортсменов рассчитывали индекс анаболизма (ИА) по формуле:

ИА (%) = (тестостерон/кортизол) х 100%.

ИА≤3% свидетельствует о перетренированности организма спортсмена и о преобладании в нем катаболических процессов [16, 17]. Эти показатели определяли в каждой группе исследования.

Статистическую обработку данных осуществляли с использованием программы статистической обработки данных StatEX-2004.2. Рассчитывали среднюю величину оцениваемых показателей, определяли достоверность различий по критерию Вилкоксона (для зависимых выборок) и Манна-Уитни (для независимых выборок).

Результаты и обсуждение

Калорийность рациона питания составила 6054±19 ккал/сут. Усредненные данные о количествах основных пищевых веществ, потребляемых спортсменами, представлены в табл. 1.

С учетом принимаемых СПППС и СН калорийность рациона питания увеличилась на 10,6% и составила 6693,5 ккал/сут (табл. 2).

Суммарное содержание белка в рационе составило 322,4±1,1 г, жиров - 241,4±0,7 г, углеводов - 808,0±3,7 г. Квота белка в энергетической ценности рациона достигала 19,3%, жиров - 32,5%, углеводов - 48,3%, т.е. доля белка и жира в калорийности рациона превышала рекомендуемый уровень, а углеводов была снижена.

Распределение по приемам пищи составило: на завтрак - 2002±17 ккал, на обед - 2234±41 ккал, на ужин -2458±34 ккал, т.е. по калорийности доля завтрака составляла 29,9%, обеда - 33,4% и ужина - 36,7%. Калорийность обеда была меньше рекомендуемой при 3-разовом питании (норма - 35-40%), а ужин был несколько больше нормы (20-25%).

У 48,5% хоккеистов МТ выходила за границы 25-75-го квартилей. Из них 21,2% входили в группу ниже 25-го квартиля, 27,3% - выше 75-го квартиля. У лиц 1-й группы МТ составила 81,9±0,9 кг (78,0-86,0 кг), 2-й группы - 90,16±1,16 кг (86,1-93,9 кг), 3-й - 97,6±1,1 кг (94,0-103 кг).

У хоккеистов 1-й группы на 1 кг МТ поступление макронутриентов было на 10,1% больше, чем у лиц 2-й группы, и на 19,2 %, чем у лиц 3-й группы.

Калорийность рациона питания у лиц 1-й группы превышала рекомендуемую на 13,5% (норма - 5405,4-5896,8 ккал/сут), для лиц 2-й группы - была выше на 3,1% (5953,2-6494,4 ккал/сут), а для лиц 3-й группы калорийность соответствовала потребности на 1 кг МТ (6441,6-7027,2 ккал/сут).

Содержание белка в рационе (322,4 г) превышало норму для лиц 1-й группы на 51,4%, 2-й группы - на 37,5%, 3-й группы - на 27,0%. При общем содержании жиров 241,4 г их количество превышало норму для лиц 1-й группы на 34,0%, 2-й группы - на 21,6%, 3-й группы - на 12,4%. Содержание углеводов (808,0 г) соответствовало норме только для лиц 1-й группы (786,2-851,8 г). Спортсмены 2-й и 3-й групп недополучали углеводы соответственно на 6,7% (при норме от 865,9 до 938,1 г) и 13,8% (при норме 937,0-1015,0 г).

При расчете на 1 кг МТ хоккеисты получали дозы белков и жиров, значительно превышающие рекомендуемые (табл. 3).

Потребление углеводов соответствовало рекомендуемому уровню только для лиц 1-й группы. Энергетическая ценность рациона у лиц 1-й группы значительно превышало норму, 2-й группы - была несколько выше, а 3-й группы - в пределах границы нормы.

Оценивая биохимические показатели по группам наблюдения в динамике, остановились лишь на тех показателях, которые имели изменения. Так, уровень тестостерона в каждой группе по этапам наблюдения не изменился и был в пределах нормы. Однако у лиц с большей МТ он к 4-му месяцу игр превышал показатели у лиц в 1-й и 2-й группах. Уровень кортизола ни в динамике наблюдения, ни по группам достоверных различий не имел. При этом он был значительно выше нормы (табл. 4). Эти данные свидетельствовали, с одной стороны, о состоянии стресса у хоккеистов, с другой - о превалировании катаболических процессов в организме. ИА свидетельствовал о перетренированности лиц 1-й и 2-й групп как на этапе 2,5 мес после игр, так и через 4 мес. Только лица 3-й группы на первом этапе наблюдения имели ИА, свидетельствующий об удовлетворительном состоянии организма, но через 4 мес игр он также снизился и свидетельствовал о перетренированности хоккеистов.

Статистически значимо нарастал уровень общего белка в крови спортсменов в 1-й и во 2-й группах (табл. 5). У лиц 3-й группы такие изменения не установлены. Уровень мочевины к 4-му месяцу наблюдения возрос во всех группах и выходил за пределы верхней границы нормы. Наиболее значимо он вырос у лиц в 1-й группе (на 30,4%), во 2-й и в 3-й группах - соответственно на 27,4 и 25,3%. У лиц всех 3 групп достоверно возрастал уровень креатинина. У лиц 1-й группы он практически достигал верхней границы нормы, во 2-й группе был незначительно ниже этой границы, а в 3-й группе рост отмечался в пределах референтных границ.

Определены сдвиги в состоянии липидного обмена (табл. 6). Например, уже через 2,5 мес игрового сезона концентрация ОХС у лиц 2-й и 3-й групп была статистически значимо выше, чем в 1-й группе, но не выходила в среднем за пределы референтных границ. Через 4 мес уровень ОХС у лиц 2-й и 3-й групп (несмотря на то что во 2-й группе достоверно не отличался от предыдущих показателей) выходил за верхнюю границу нормы.

Уровень ОХ ЛПВП у лиц 1-й группы во все периоды наблюдения был ниже нормы, а у лиц 2-й и 3-й групп - соответствовал ее нижней границе. При первичном исследовании сывороток уровень ОХ ЛПВП у лиц 2-й и 3-й групп был статистически значимо выше, чем у лиц 1-й группы, но затем достоверные различия выявлялись только между показателями обследованных лиц 1-й и 3-й групп. Уровень ОХ ЛПНП при первом исследовании только у лиц 1-й группы был в пределах нормы, во 2-й и в 3-й группах - превышал норму. В динамике наблюдения содержание в сыворотке крови ОХ ЛПНП у лиц 1-й группы незначительно повысилось, но оно не превысило верхнюю границу нормы, во 2-й и 3-й группах - оставалось на прежнем уровне, выходящем за пределы нормы. Эти изменения приводили к увеличению ИА, который через 4 мес игр превышал возрастную норму во всех группах наблюдения.

В начале сезона активность КК-МВ у лиц 3-й группы выходила за пределы верхней референтной границы (табл. 7). В дальнейшем уровни КК-МВ выходили за пределы границ нормы у хоккеистов всех групп, хотя средние показатели достоверно не различались. Обращал внимание рост АСТ у лиц во 2-й и 3-й группах. При первом исследовании сыворотки крови у лиц 3-й группы АСТ выходила за пределы нормы, а через 4 мес игр превышающие референтную границу уровни отмечены и у спортсменов 2-й и 3-й групп. Коэффициент де Ритиса (соотношение АСТ/АЛТ) у спортсменов всех групп при каждом исследовании был выше нормы.

Ранее нами были изучены показатели, характеризующие метаболические процессы организма хоккеистов без разделения на группы по МТ [18]. Данные определения кортизола показали, что хоккейный сезон осуществлялся на фоне психоэмоционального напряжения. Превалировали катаболические процессы. Энергетические потребности компенсировались за счет белкового (снижение общего белка, повышение концентраций мочевины и мочевой кислоты до патологических значений) и липидного обмена (разбалансировка нормальных метаболических механизмов обмена липидов). Уровень магния колебался в пределах нижней референтной границы, уменьшалось депо железа, что подтверждалось снижением уровня ферритина к концу сезона игр на 37%. Активность КК-МВ превышала верхнюю границу референтных значений, что доказывало неблагоприятное влияние нагрузок на сердечную мышцу. Снижалась активность щелочной фосфатазы. Вместе с тем особенности состояния метаболических процессов организма у лиц с различной МТ не были оценены.

При оценке биохимических показателей крови у хоккеистов по выделенным нами трем группам был определен ряд особенностей, связанных с питанием. Например, более выраженные признаки катаболизма в 1-й группе, менее - в 3-й (концентрация кортизола). О системном метаболическом сдвиге в сторону усиления катаболизма белка в такой же последовательности свидетельствовали концентрация мочевины и креатинина и коэффициент де Ритиса [19].

Нарастали признаки нарушения обмена жиров, более выраженные у хоккеистов 2-й и 3-й групп. Дислипидемия - важнейший фактор сердечно-сосудистого риска. Подобный дисбаланс в метаболизме жиров, по всей видимости, вызван тем, что повышенный уровень кортизола для усиления энергетических процессов вызывает мобилизацию липидов и жирных кислот, следствием чего может являться гиперхолестеринемия [20].

У лиц всех 3 групп уже в начале сезона определялись явления перетренированности, причем и у лиц 3-й группы эти признаки нарастали, что подтверждалось индексом анаболизма. О гипоксии в клетках сердечной мышцы уже в начале сезона игр свидетельствовали данные об активности КК-МВ. Позже признаки гипоксии нарастали у хоккеистов 1-й и 2-й групп. Рост активности АСТ свидетельствовал об активизации биохимических процессов в организме, обеспечивающих глюконеогенез (процесс синтеза глюкозы не из углеводов). Это подтверждает полученные нами данные о недостаточном потреблении углеводов хоккеистами 2-й и 3-й групп. Однако наиболее выраженно эта недостаточность определена в 3-й группе.

Таким образом, энергетическая ценность рациона в целом соответствовала суточным потребностям спортсменов, специализирующихся в игровых видах спорта (от 5953,2 до 6494,4 ккал/сут). Однако питание наблюдаемой группы хоккеистов не было сбалансировано по основным нутриентам за счет превалирования белков в целом и животных в частности, а также жиров. Квота углеводов была недостаточной. Это обусловливает необходимость повышения квоты углеводов, снижения белка и жиров для обеспечения оптимального соотношения макронутриентов в рационе.

Использованный нами дифференцированный подход к оценке биохимических показателей крови хоккеистов с различной МТ при организованном питании позволил выявить особенности в метаболическом статусе организма. Значительные физические нагрузки (что подтверждалось ИА) способствовали катаболическим процессам. При этом наиболее значимые донозологические признаки нарушения здоровья определены у лиц с меньшей МТ, вероятно, за счет более значимых для их организма нагрузок. Результаты работы указывают на важность организации рационального питания с учетом МТ спортсменов.

Выводы

1. Рацион питания для хоккеистов с различной МТ не адекватен по макронутриентам: для всех спортсменов отмечено превышение поступления белков и жиров; для хоккеистов с МТ, входящей в диапазоны от 25-го до 75-го квартиля и более 75-го квартиля, - недостаточно углеводов. Высокий уровень кортизола, рост активности АСТ в динамике наблюдения свидетельствовали о преобладании катаболических процессов в организме, обеспечивающих глюконеогенез.

2. Негативные сдвиги в обмене липидов были более выражены у хоккеистов с МТ, входящей в диапазоны от 25-го до 75-го квартиля и >75-го квартиля.

3. Негативное влияние на сердечную мышцу в более ранние сроки определено у лиц с меньшей МТ, что также отражает неблагоприятное влияние нагрузок на организм. Явления гипоксии миокарда в ходе игрового сезона нарастали у хоккеистов всех групп.

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Литература

1. Медведев И.Б., Тарасов Б.А., Алехнович А.В., Штейнердт С.В., Бородина М.А. Организация спортивного питания в континентальной хоккейной лиге // Спортивная медицина: наука и практика. 2013. № 2. С. 46-48.

2. Кручинский Н.Г., Королевич М.П., Стаценко Е.А. Клиниколабораторные проявления синдрома эндогенной интоксикации у высококвалифицированных спортсменов циклических видов спорта. Сообщение 1. Взаимосвязь с периодами годичного цикла подготовки // Здоровье для всех. 2015. № 1. С. 11-15.

3. Romain M., Duclos M., Foster C., Fry A., Gleeson M., Nieman D. et al. Prevention, diagnosis and treatment of the overtraining syndrome: Joint consensus statement of the European College of Sport Science (ECSS) and the American College of Sports Medicine (ACSM) // Med. Sci. Sports Exerc. 2013. Vol. 45, N 1. P. 186-205.

4. Рахманов Р.С., Блинова Т.В., Разгулин С.А., Страхова Л.А., Чумаков Н.В., Бахмудов Н.Г. и др. Оценка адекватности восстановительного периода в профессиональной деятельности при физических и психоэмоциональных нагрузках по гормональному статусу организма // Мед. альманах. 2017. № 2 (47). C. 146-150.

5. Рахманов Р.С., Груздева А.Е., Блинова Т.В., Страхова Л.А., Сапожников М.А., Потапова И.А. и др. Изменение антиоксидантного статуса спортсменов при включении в рацион питания произведенных по криогенной технологии пищевых продуктов // Вопр. питания. 2017. Т. 86, № 4. С. 104-112.

6. Колесов С.А., Рахманов Р.С., Блинова Т.В., Страхова Л.А., Чумаков Н.В., Пискарев Ю.Г. Особенности функционирования системы глутатиона при физических нагрузках и влияние на нее алиментарных факторов // Спортивная медицина: наука и практика. 2017. Т. 7, № 2 (27). С. 39-45.

7. Gill S.K., Teixeira A., Rama L., Prestes J., Rosado F., Hankey J. et al. Circulatory endotoxin concentration and cytokine profile in response to exertional-heat stress during a multi-stage ultramarathon competition // Exerc. Immunol. Rev. 2015. Vol. 21. Р. 114-128.

8. Gill S.K., Hankey J., Wright A., Marczak S., Hemming K., Allerton D. M. et al. The impact of a 24-h ultra-marathon on circulatory endotoxin and cytokine profile // Int. J. Sports Med. 2015. Vol. 36, N 8. Р 688-695.

9. Wierniuk A., Wfodarek D. Estimation of energy and nutritional intake of young men practicing aerobic sports// Rocz. Panstw. Zakl. Hig. 2013. Vol. 64, N 2. Р 143-148.

10. Thomas D.T., Erdman K.A., Burke L.M. Joint Position ofthe American College of Sports Medicine, Academy of Nutrition and Dietetics, and Dietitians of Canada: nutrition and athletic performance // Med. Sci. Sports Exerc. 2016. Vol. 48, N 3. Р 543-568.

11. Скурихин И.М., Тутельян В.А. Химический состав российских пищевых продуктов. М. : ДеЛи принт, 2002. 236 с.

12. Скурихин И.М., Волгарев М.Н. Химический состав пищевых продуктов: Справочные таблицы содержание основных пищевых веществ и энергетической ценности пищевых продуктов. Кн. I. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Агропромиздат, 1987. 224 с.

13. Maughan R.J., Burke L.M., Dvorak J., Larson-Meyer D.E., Peeling P., Phillips S.M. et al. IOC consensus statement: dietary supplements and the high-performance athlete // Br. J. Sports Med. 2018 March 14. doi: 10.1136/ bjsports-2018-099027

14. Каркищенко Н.Н., Уйба В.В., Каркищенко В.Н., Шустов Е.Б., Котенко К.В., Люблинский С.Л. Очерки спортивной фармакологии. Т. 4. Векторы энергообеспечения. М.; СПб. : Айсинг, 2014. 296 с.

15. Колесов С.А., Рахманов Р.С., Блинова Т.В., Страхова Л.А., Чумаков Н.В. Сывороточный оксид азота и адаптация к физическим нагрузкам на фоне приема продукта спортивного питания // Медицина труда и экология человека. 2017. № 1. С. 84-92.

16. Muhsin H., Aynur O., ilhan O., Mehmet S., Ozan S. Effect of increasing maximal aerobic exercise on serum muscles enzymes in professional field hockey players // Glob. J. Health Sci. 2015. Vol. 7, N 3. Р. 69-74. doi: 10.5539/gjhs.v7n3p69

17. Фролова О.В., Кондакова Ю.А. Индекс анаболизма спортсменов высокой квалификации циклических видов спорта // Материалы VI Международной науч.-практ. конф. "Медицина: актуальные вопросы и тенденции развития", 2015. URL: http:// www.apriori-nauka.ru/media/med/6-2015/Frolova-Kondakova1.pdf

18. Колесов С.А., Рахманов Р.С., Блинова, Т.В., Страхова Л.А., Хайров Р.Ш. Особенности метаболизма организма хоккеистов высшей квалификации в ходе соревновательного периода // Кубанский науч. мед. вестн. 2018. Т. 25, № 1. С. 82-87. doi: 10.25207 / 1608-6228-2018-25-1-82-97

19. Рослый И.М. Биохимические показатели в медицине и биологии. М. : МИА, 2015. 609 с.

20. Nasseu J.R., Ama Moor V.J., Takam R.D.M., Zing-Awona B., Azabji-Kenfack M., Tankeu F. et al. Cameroonian professional soccer players and risk of atherosclerosis // BMC Res. Notes. 2017. Vol. 10, N 1. Р 186. doi: 10.1186/s13104-017-2508-x

References

1. Medvedev I.B., Tarasov B.A., Alekhnovich A.V., Shteynerdt S.V., hockey league. Sportivnaya meditsina: nauka i praktika [Sports Borodina M.A. Organization of sports nutrition in the Continental Medicine: Science and Practice]. 2013; (2): 46-8. (in Russian)

2. Kruchinskiy N.G., Korolevich M.P., Statsenko Ye.A. Clinical and laboratory manifestations of the endogenous intoxication syndrome in highly qualified athletes of cyclic sports. Report No. 1, Interrelation with the periods of the circannian cycle of training. Zdorov’e dlya vsekh [Health for All]. 2015; (1): 11-5. (in Russian)

3. Romain M., Duclos M., Foster C., Fry A., Gleeson M., Nieman D., et al. Prevention, diagnosis and treatment of the overtraining syndrome: Joint consensus statement of the European College of Sport Science (ECSS) and the American College of Sports Medicine (ACSM). Med Sci Sports Exerc. 2013; 45 (1): 186-205.

4. Rakhmanov R.S., Blinova TV., Razgulin S.A., Strakhova L.A., Chumakov N.V., Bakhmudov N.G., et al. Evaluation of the adequacy of the recovery period in professional activity in case of physical and psychoemotional stresses on the hormonal status ofthe organism. Meditsinskiy al’manakh [Medical Almanac]. 2017; 47 (2): 146-50. (in Russian)

5. Rakhmanov R.S., Gruzdeva A.Ye., Blinova TV., Strakhova L.A., Sapozhnikov M.A., Potapova I.A., et al. Change in the antioxidant status of athletes with the inclusion of cryogenic provision in the diet produced by cryogenic technology. Voprosy pitaniia [Problems of Nutrition]. 2017; 86(4): 104-12. (in Russian)

6. Kolesov S.A., Rakhmanov R.S., Blinova T.V., Strakhova L.A., Chumakov N.V., Piskarev Yu.G. Features of the glutathione system functioning on exertion and the influence of nutritional factors on it. Sportivnaya meditsina: nauka i praktika [Sports Medicine: Science and Practice]. 2017; (2): 39-45. (in Russian)

7. Gill S.K., Teixeira A., Rama L., Prestes J., Rosado F., Hankey J., et al. Circulatory endotoxin concentration and cytokine profile in response to exertional-heat stress during a multi-stage ultramarathon competition. Exerc Immunol Rev. 2015; 21: 114-28.

8. GillS.K., HankeyJ.,WrightA., MarczakS., HemmingK.,AllertonD.M., et al. The impact of a 24-h ultra-marathon on circulatory endotoxin and cytokine profile. Int J Sports Med. 2015; 36 (8): 688-95.

9. Wierniuk A., Wfodarek D. Estimation of energy and nutritional intake of young men practicing aerobic sports. Rocz Panstw Zakl Hig. 2013; 64 (2): 143-8.

10. Thomas D.T., Erdman K.A., Burke L.M. Joint Position of the American College of Sports Medicine, Academy of Nutrition and Dietetics, and Dietitians of Canada: nutrition and athletic performance. Med Sci Sports Exerc. 2016; 48 (3): 543-68.

11. Skurihin I.M., Tutelyan V.A. The chemical composition of Russian food. Moscow: DeLi print, 2002: 236 p. (in Russian)

12. Skurihin I.M., Volgarev M. N. The chemical composition of food: Reference tables, the content of basic nutrients and the energy value of food. Vol. I. 2nd ed. revised and additional. Moscow: Agro-promizdat, 1987: 224 p. (in Russian)

13. Maughan R.J., Burke L.M., Dvorak J., Larson-Meyer D.E., Peeling P., Phillips S.M., et al. IOC consensus statement: dietary supplements and the high-performance athlete. Br J Sports Med. 2018 March 14. doi: 10.1136/ bjsports-2018-099027

14. Karkishchenko N.N., Uyba V.V., Karkishchenko V.N., Shustov Ye.B., Kotenko K.V., Lyublinskiy S.L. Reviews on sports pharmacology. Vol. 4. Energy Supply Vectors. Moscow; Saint Petersburg: Aysing, 2014: 296 p. (in Russian)

15. Kolesov S.A., Rakhmanov R.S., Blinova TV., Strakhova L.A. Serum nitric oxide and adaptation to physical exercises during the consumption of a sports nutrition product. Meditsina truda i ekologiya cheloveka. [Occupational medicine and human ecology]. 2017; (1): 84-92. (in Russian)

16. Muhsin H., Aynur O., ilhan O., Mehmet S., Ozan S. Effect of increasing maximal aerobic exercise on serum muscles enzymes in professional field hockey players. Glob J Health Sci. 2015; 7 (3): 69-74. doi: 10.5539/gjhs.v7n3p69

17. Frolova O.V., Kondakova Yu.A. Anabolism index of high qualification athletes of cyclic sports. In: Materials of the VI International Scientific and Practical Conference "Medicine: Topical Issues and Development Trends", 2015. URL: http://www.apriori-nauka. ru/media/med/6-2015/Frolova-Kondakova1 .pdf (in Russian)

18. Kolesov S.A., Rakhmanov R.S., Blinova TV., Strakhova L.A., Khayrov R.Sh. Features of metabolism of the highest qualification hockey players during a competition period. Kubanskiy nauchniy meditsinskiy vestnik [Kuban Scientific Medical Bulletin]. 2018; 25 (1): 82-7. (in Russian)

19. Rosliy I.M. Biochemical indicators in medicine and biology. Moscow: MIA. 2015: 609 p. (in Russian)

20. Nasseu J.R., Ama Moor V.J., Takam R.D.M., Zing-Awona B., Azabji-Kenfack M., Tankeu F., et al. Cameroonian professional soccer players and risk of atherosclerosis. BMC Res Notes. 2017; 10 (1): 186. doi: 10.1186/s13104-017-2508-x