Линейные и гендерные различия в биохимических показателях и показателях обеспеченности жирорастворимыми витаминами у крыс на in vivo модели метаболического синдрома

Резюме

Потребление рационов с энергетической ценностью, неадекватной фактичес­ким энерготратам организма, может приводить к развитию метаболического синдрома (МС), имеющего своими последствиями сахарный диабет 2 типа, неал­когольный стеатогепатит, атеросклероз, подагру, аллергические заболевания. Для разработки новых подходов к диетической и медикаментозной коррекции МС необходимо наличие его экспериментальных моделей. Целью работы был сравнительный анализ функциональных, биохимических и витаминных марке­ров, характеризующих воздействие рациона с высоким содержанием фруктозы на самцов и самок различных линий крыс и выбор на этой основе оптимальной in vivo модели МС. В работе использовали самцов и самок крыс аутбредной линии Вистар (W) и инбредной линии Dark Agouti (DA) численностью по 16 особей каж­дого пола и линии. Животные первых (контрольных) групп каждого пола и линии получали сбалансированный полусинтетический рацион по AIN93, а животные вторых (опытных) групп - такой же рацион и 30% раствор фруктозы вместо воды в режиме свободного доступа. В течение 121 сут определяли фактическую энергетическую ценность рационов, прибавку массы тела, артериальное давле­ние; при выведении животных из эксперимента - относительную массу внут­ренних органов, биохимические показатели плазмы крови, содержание жирорас­творимых витаминов А и Е в плазме крови и печени. Показано, что, несмотря на повышенную на протяжении всего эксперимента энергетическую ценность рациона в опытных группах, самцы и самки DA практически не отвечали на это увеличением прибавки массы тела в отличие от крыс W (особенно самок). Потребление рационов с фруктозой приводило к возрастанию концентрации глюкозы независимо от пола и линии, тогда как концентрация триглицеридов (ТГ) статистически значимо повышалась при этом только у самок W. Добавление фруктозы вызывало у крыс DA обоих полов возрастание массы почек, а также более выраженную в сравнении с крыса­ми W манифестацию маркеров токсического действия на печень (повышение активности аланинаминотрансферазы и γ-глутамилтрансферазы, увеличение концентрации мочевины и билирубина в плазме крови). У крыс обеих линий пот­ребление фруктозы подавляло накопление ретинола пальмитата в печени по показателю его удельного содержания. Общее содержание α-токоферола в печени было достоверно выше у крыс W в сравнении с животными DA. При этом кон­центрация α-токоферола в плазме крови коррелировала с концентрацией ТГ, а отношение α-токоферол/ТГ достоверно снижалось на фоне приема фруктозы у самок W, отличавшихся гиперлипидемией. Таким образом, действие фруктозы на самцов и особенно самок W в основном соответствует классической картине МС с возрастанием массы тела, повы­шением артериального давления, гликемии и уровня ТГ, тогда как у DA превалирует токсическое действие фруктозы на печень и, возможно, почки без развития признаков дислипидемии и ожирения.

Ключевые слова:метаболический синдром, крысы, in vivo модели, фруктоза, витамины, витаминная обеспеченность

Вопр. питания. 2018. Т. 87. № 1. С. 51-62.

Уважаемые читатели журнала «Вопросы питания»!

Полный текст данной статьи будет размещен на сайте через 6 месяцев.