Milk raw materials from retrovirus infected cows: questions of safety and quality of produced products

Abstract

The questions of quality control and safety of milk raw materials has always been relevant for the dairy industry. One of the most common cattle infection is bovine leukemia (causative agent - BLV), which often occurs in conjunction with a closely related infection -bovine immunodeficiency (causative agent - BIV). These retroviruses are considered to be species-specific, so the key issue for the dairy industry is the nutritional and raw value of milk of infected cows (without clinical signs). Milk of infected with leukemia cows has changed physical and chemical properties and microbiological parameters, but it is allowed to be processed after a single pasteurization. Thus, there is a possibility of getting of the infected with retroviruses cow's milk into the bulk milk, which can affect the quality of the processed products. Characteristics of BlV-positive cow's milk have not yet been studied. The aim of the research was the study of influence of BLV- and BLV- BIV-infected cows' milk impurities (10, 30 и 50%) on organoleptic, physicochemical and microbiological parameters of produced kefir drink. It is revealed that with increasing the mass fraction of infected with retroviruses cows' milk, acidity of composite samples increased of 1-3 °T and total viable bacteria's count rose by 1-3 orders of magnitude, while the total protein in milk decreased by 0.05-0.95% contrasted with an increasing of milk fat content by 0.3-0.9%. However, these characteristics were within normal limits. In samples containing 50% of milk infected with retroviruses cows, coliforms were detected in 0.1 ml, and the rate of total viable bacteria's count exceeded the permissible limits. Therefore, microbiological characteristics are determination markers of dairy raw materials with the high content of milk of the infected with retroviruses cows. The kefir drink was produced from pasteurized samples. It was found that the acidity of the product was lower by 1-10 °T, while the processing time increased by 4-50%, correlating with the mass fraction of infected with retroviruses cows' milk, compared to control. When the mass fraction of infected with retroviruses cows' milk was 30 and 50%, the processed product had a heterogeneous consistency with flake clots. At the same time, the lactic-acid-producing bacterium count in kefir drink decreased by 2 -3 orders, and mold and coliforms were found in it. Thus, the presence more than 10% of milk from infected with retroviruses cows in raw materials leads to a decrease in its technological properties, and dose 30 and 50% leads to non-compliance of the processed product with hygienic standards.

Keywords:cows' milk, enzootic bovine leukemia, bovine immunodeficiency, technological properties of raw milk, indicators of quality and safety of dairy products

Voprosy pitaniia [Problems of Nutrition]. 2018; 87 (4): 48-55.

В условиях интенсификации производства важной проблемой для предприятий молокоперерабатывающей промышленности является обеспечение стабиль­ности технологических свойств и надлежащего качества молока-сырья и минимизация рисков его биобезопас­ности, связанных с состоянием здоровья молочного скота.

В настоящее время в Российской Федерации лидиру­ющие позиции в структуре нозологического профиля патологий крупного рогатого скота (КРС) занимает эн­зоотический лейкоз. Возбудитель инфекции - bovine leukemia virus (BLV) относится к семейству Retroviridae. По данным информационно-аналитического центра Россельхознадзора, с 2004 по 2017 г. отмечается динамика роста зараженности среди животных (присутствие в крови противовирусных антител) согласно результа­там серологических исследований на носительство ви­руса лейкоза. У 10% инфицированных вирусом лейкоза коров отмечают клинические проявления инфекции (неопластические и гематологические изменения) [1]. В отчете директора Департамента ветеринарии отме­чено, что, согласно данным официальной статистики, удельный вес лейкоза составил 66,1% в нозологическом профиле заразных болезней КРС в 2017 г. [2]. Лейкоз регистрируют во всех странах мира, за исключением не­которых стран Западной Европы, где его удалось ликви­дировать путем полного уничтожения инфицированных животных [3]. Так, среди протестированных животных 83,9% поголовья молочных стад в США оказались серо-позитивны в отношении BLV, для Канады этот показа­тель составил 89%, для Аргентины - 84%, Японии - 68%; в Бразилии и Южной Америке уровень инфицированности КРС вирусом лейкоза составляет 50%, в странах Средней Азии - около 20% [4]. Другая ретровирусная инфекция - вирусный иммунодефицит (возбудитель -bovine immunodeficiency virus, BIV) - также часто выяв­ляется у КРС, особенно в сочетании с BLV-инфекцией (коинфекция). По данным отечественных исследова­телей, в условиях неоднородной выборки животных уровень коинфекции в Ставропольском крае составляет 33,1% [5], в Московской области - 29,6%, в среднем BIV-инфекция в хозяйствах РФ была обнаружена у 32% исследованных животных (до 67%) [6].

Согласно СанПин 2.4.5.2409-08 для питания детей не допускается использование молока из неблагопо­лучных по лейкозу хозяйств, однако в соответствии с Правилами по профилактике и борьбе с лейкозом КРС (1999) [7] молоко-сырье от инфицированных вирусом лейкоза животных (без клинических признаков забо­левания) после однократной пастеризации в хозяйст­ве используется без ограничений в составе сборного внутри хозяйств либо на молокозаводе. Поскольку ла­бораторный контроль вирусного иммунодефицита КРС в нашей стране не проводится, важное значение имеет определение возможной примеси молока инфициро­ванных ретровирусами коров, не имеющих клинических признаков заболевания, в составе молочного сырья, ко­торая не оказывает отрицательного влияния на качество вырабатываемой из него продукции.

BIV и BLV считаются видоспецифичными вирусами, т.е. незаразными для человека. Поэтому ключевым для молочной промышленности в данном случае является вопрос пищевой и сырьевой ценности молока инфици­рованных ретровирусами коров. Согласно данным лите­ратуры, молоко BLV-инфицированных коров чаще имеет неудовлетворительные санитарно-микробиологические и физико-химические показатели, измененный хими­ческий состав [8-10]. Изучение характеристик молока коров, зараженных вирусом иммунодефицита, широко не проводилось [8].

Критической технологической характеристикой мо­лока-сырья при получении кисломолочных продуктов является его способность сквашиваться молочнокис­лыми бактериями с формированием конечного продукта нужной консистенции и с определенными органолептическими, физико-химическими и микробиологическими показателями.

В этой связи целью наших исследований стало изу­чение влияния примеси различного количества молока BLV- и BLV-BIV-инфицированных коров (в том числе коинфицированных) на органолептические, физико-хи­мические и санитарно-микробиологические свойства вырабатываемого кефирного напитка.

В соответствии с целью нами был определен ряд задач:

1. Приготовить сборные пробы, содержащие 10, 30 и 50% молока инфицированных и коинфицированных ретровирусами коров с молоком интактных животных.

2. Выработать кефирный напиток из приготовленных молочных смесей.

3. Изучить органолептические, физико-химические и санитарно-микробиологические показатели получен­ного кефирного напитка.

4. Дать качественную оценку полученным продуктам и оценить технологические свойства молока с различ­ными уровнями добавленного пастеризованного молока от инфицированных и коинфицированных ретровирусами коров.

Материал и методы

С целью выявления инфицированного ретровирусами скота исследовали цельную кровь, полученную от черно-пестрых коров 3-7 лет из неблагополучного по лейкозу хозяйства. Статус неблагополучия был установлен Го­сударственной ветеринарной службой на основании ре­зультатов ежегодных серологических исследований по­головья животных. Критериями отбора животных были близкие продуктивные качества и удовлетворительное общее физиологическое состояние. Кровь отбирали с помощью индивидуальных игл и вакуумных пробирок с антикоагулянтом К3 ЭДТА, транспортировали в термо­сумке с хладагентами. Кровь исследовали в день полу­чения методом мультиплексной полимеразной цепной реакции с применением оригинальных авторских мето­дик [11]. Животных, показавших положительный резуль­тат присутствия в крови ДНК провируса энзоотического лейкоза, считали BLV-инфицированными, показавших положительный результат присутствия в крови ДНК провируса бычьего иммунодефицита считали BIV-ин-фицированными, в случае положительного результата полимеразной цепной реакции на присутствие обоих ретровирусов считали BLV-BIV-инфицированными (коинфекция). Животных, свободных от провирусной ДНК возбудителей данных инфекций, считали интактными.

От интактных животных и с установленным вирусоносительством получали пробы молока в индивидуальные стерильные емкости в соответствии с Санитарными и ве­теринарными правилами для молочных ферм колхозов, совхозов и подсобных хозяйств (утверждены 29.09.1986), транспортировали в термосумке с хладагентами. В этот же день из молока готовили сборные пробы, содержа­щие 10, 30 и 50% молока по объему инфицированных ретровирусами коров с молоком интактных животных. Сборные пробы подвергали однократной пастеризации при температуре 85 °С в течение 10 мин с использова­нием пастеризатора молока малого типа Hailian HL-MPS ("Zhangjiagang Chuangpu Machinery Co. LTD", Китай), после чего молоко охлаждали до 24-28 °С.

Для получения кефирного напитка использовали сухую закваску Genesis ("Genesis Laboratories", Бол­гария), приготовленную на основе кефирного грибка. Состав закваски: Lасtococcus lactis sp. lactis, Lactococcus lactis sp. cremoris, Lactococcus lactis sp. lactis biovar. diacetylactis, Leuconostoc mesenteroides sp. cremoris, Streptococcus salivarius sp. thermophilus, Lactobacillus kefyr, Candida kefyr, Saccharomyces unisporus. Время сквашивания кефирного напитка с применением за­кваски составляло 12-14 ч при температуре 24-28 °С до достижения кислотности готового продукта не менее 85 °Т. При более низкой кислотности продукт выдер­живали при температуре сквашивания дополнительно 2-4 ч. Затем готовый продукт охлаждали до +4 °С и определяли его органолептические, физико-химичес­кие и санитарно-микробиологические характеристики. Все эксперименты проводили в 5 повторностях.

Нормы органолептических, физико-химических и мик­робиологических показателей для молока-сырья и по­лученного из него кефирного продукта устанавливали согласно Техническому регламенту Таможенного союза "О безопасности молока и молочной продукции" (ТР ТС 033/2013), ГОСТ Р 52054-2003 "Молоко натуральное коровье - сырье. Технические условия" и ГОСТ 31454­2012 "Кефир. Технические условия". Органолептические, физико-химические и микробиологические пока­затели молока и готового продукта анализировали по ГОСТ Р 52054-2003; ГОСТ Р 54669-2011; ГОСТ 32901­2014; ГОСТ 30347-97; ГОСТ 31659-2012; ГОСТ 32031-2012; ГОСТ 10444.11-2013; ГОСТ 33566-2015.

Все показатели, полученные в результате работы, вычисляли как среднестатистические в повторных экспериментах. Статистическую значимость различий оценивали на основе U-критерия Манна-Уитни, за зна­чимые принимали различия на уровне значимости 95% (p<0,05).

Результаты и обсуждение

При органолептической оценке приготовленных сбор­ных проб молока, содержащих молоко BLV- и коинфицированных коров в количестве 10, 30 и 50% по отношению к общему объему пробы (500 мл), было установлено, что все приготовленные пробы молока имели удовлетвори­тельные органолептические характеристики: приятный молочный запах, однородную консистенцию и белый цвет. Следовательно, при поступлении молока-сырья, содержащего примесь молока инфицированных ретро-вирусами коров, на молокоперерабатывающие предпри­ятия или в торговую сеть на рынках идентифицировать его можно только с помощью более глубокого анализа. В этой связи нами в 1-е сутки получения молока были проведены исследования основных физико-химических и микробиологических показателей приготовленных нами проб, которые оказывают наибольшее влияние на технологические свойства молока-сырья, при идентич­ных условиях отбора и доставки (табл. 1).

Как следует из данных, представленных в табл. 1, с увеличением количества молока инфицированных ретровирусами коров в составе сборного качественные по­казатели молока-сырья снижались. В частности, кислот­ность проб молока, содержащих 30% примеси молока инфицированных ретровирусами коров, возрастала на 1 °Т, а при увеличении массовой доли примеси молока BLV- и коинфицированных коров до 50% кислотность увеличивалась на 2 и 3 °Т соответственно по сравнению с молоком интактных животных. Массовая доля белка (МДБ) в молоке снижалась на 0,05 и 0,2% при добавле­нии в него 10% примеси молока BLV- и коинфицированных коров, при возрастании массовой доли примеси до 30 и 50% МДБ в пробах молока снижалась на 0,3-0,6 и 0,7-0,95% соответственно относительно контроля. В то же время массовая доля жира в пробах молока увеличивалась на 0,3 и 0,5% при содержании в них 30% молока BLV- и коинфицированных коров и на 0,6 и 0,9% при уве­личении массовой доли примеси до 50% соответственно по сравнению с молоком интактных животных. Количество мезофильных аэробных и факультативно анаэробных мик­роорганизмов (КМАФАнМ) в пробах молока, содержащих 30% примеси молока инфицированных ретровирусами коров, возрастало на 1 порядок, а в пробах, содержащих 50% молока BLV- и коинфицированных коров, - на 2 и 3 порядка соответственно относительно контроля. Одним из факторов, обусловливающих снижение содержания общего белка в молоке инфицированных ретровирусами коров по сравнению с молоком интактных животных, может являться увеличение количества в нем вторичной микрофлоры, которая использует молочные белки в ка­честве пластического материала. Повышение жирности молока может быть обусловлено снижением удоев у инфицированных коров. Тем не менее большинство фи­зико-химических и микробиологических характеристик исследуемых проб молока находились в пределах уста­новленных значений для данного вида продукции. Однако в пробах, содержащих 50% молока BIV- и коинфицированных коров, были обнаружены бактерии группы кишечной палочки (БГКП) в 0,1 см3, а в пробах, содержащих 50% молока коинфицированных ретровирусами коров, пока­затель КМАФАнМ не соответствовал требованиям ТР ТС 033/2013. Таким образом, нами была выявлена тенденция: с увеличением массовой доли молока инфицированных ретровирусами коров в составе сборного кислотность сборных проб молока возрастает и показатель КМАФАнМ увеличивается, в то время как МДБ в молоке снижается на фоне увеличения жирности проб молока.

Полученные результаты коррелируют с данными лите­ратуры. Так, при анализе жирности молока коров с BLV-инфекцией было установлено повышение содержания жира: на 0,24 (айрширская порода) и 0,18% (черно-пест­рая порода) [10]. Сообщается также, что в молоке боль­ных лейкозом коров снижено содержание белка на 17,5% и что оно подвержено значительному бактериальному об­семенению (в 4,7 раза выше данных контроля), при этом нередко содержит бактерии кишечной группы в титрах, превышающих предельно допустимый уровень [9].

В своих исследованиях при отборе проб молока мы руководствовались требованиями СанПин 2.3.4.15-21­2006, что исключает случайную контаминацию проб молока микроорганизмами. Неудовлетворительные фи­зико-химические и микробиологические характеристики молока инфицированных ретровирусами коров, по-види­мому, являются результатом супрессивного воздействия возбудителей лейкоза и вирусного иммунодефицита на иммунную систему [12, 13], а в случае BLV - следствием тропизма вируса к эпителию молочной железы, так как установлено, что данный вирус репродуцируется в этой ткани [14], что, в свою очередь, отражается на ее функ­ции, в частности на синтезе казеина [15].

В выработанном с использованием закваски кефирном напитке были проанализированы органолептические, фи­зико-химические и микробиологические характеристики.

Результаты органолептической оценки показали, что выработанный из всех приготовленных проб кефирный напиток имел чистый кисломолочный запах и молочно-белый равномерный цвет. Однако при содержании в молочном сырье 30 и 50% молока инфицированных ретровирусами коров выработанный кефир имел неод­нородную консистенцию с хлопьевидными сгустками.

Данные, представленные на диаграммах, иллюст­рируют зависимость выработки кефирного напитка из проб молока с содержанием различной массовой доли примеси молока инфицированных ретровирусами коров, а именно различия в кислотности выработанного продукта (рис. 1) и времени формирования характер­ного сгустка (рис. 2).

При увеличении в сборной пробе количества молока инфицированных ретровирусами коров выработанный кефирный напиток имел более низкую кислотность (см. рис. 1). Качественный кефирный продукт должен обладать кислотностью не менее 85 °Т. Кефирный продукт, выработанный из молока, имеющего в своем составе молоко инфицированных ретровирусами коров, в большинстве случаев имел кислотность, сниженную на 1-10 °Т. Это негативно влияет на вкусовые свойства продукта и способствует развитию нежелательной мик­рофлоры в нем и, как следствие, приводит к сокраще­нию хранимоспособности продукта.

По нашим данным, несмотря на то что молочное сырье, содержащее молоко инфицированных ретровирусами коров в количестве 30% и более, изначально имело более высокую кислотность, кислотность гото­вого продукта, выработанного из данных проб, напротив, была ниже, при этом время приготовления кефирного напитка увеличивалось (см. рис. 2). При добавлении в сборное молоко 10% молока коинфицированных коров время приготовления кефирного напитка увеличива­лось на 4% относительно времени переработки молока здоровых коров. С повышением содержания молока BLV- и BLV-BIV-инфицированных коров в составе сбор­ного до 30% время ферментации увеличивалось на 16 и 33% соответственно. С возрастанием количества молока BLV- и BLV-BIV-инфицированных коров в со­ставе сборного до 50% время приготовления кефирного напитка увеличивалось на 25 и 50% соответственно. Следовательно, примесь молока инфицированных ретровирусами коров, даже в наименьшем взятом в работе количестве (10%), снижает технологические свойства молока и способствует повышению временных затрат на производство готового продукта.

Немаловажными являются и микробиологические ха­рактеристики выработанного продукта, так как они коррелируют не только с пищевой ценностью и про­должительностью хранения, но и с биологической бе­зопасностью кисломолочного продукта. Результаты санитарно-микробиологических исследований выработан­ного кефира отражены в табл. 2.

Как следует из данных, представленных в табл. 2, уже при добавлении 10% молока коинфицированных ретровирусами коров количество молочнокислых микроорганизмов в готовом продукте было на 1 порядок ниже по сравнению с контролем. При увеличении ко­личества молока инфицированных коров в составе сборного до 30 и 50%, содержание молочнокислых микроорганизмов снижалось уже на 2 и даже 3 по­рядка относительно продукта, выработанного из молока интактных коров. Известно, что метаболиты молоч­нокислых бактерий ингибируют развитие гнилостной микрофлоры. Следовательно, снижение их количества может способствовать развитию нежелательной мик­рофлоры. В выработанном продукте не обнаружено сальмонелл, золотистого стафилококка и листерий. Однако в нем обнаруживались плесневые грибы и БГКП на фоне снижения количества дрожжей при содержании в исходном сырье 30 и 50% молока BIV- и BLV-BIV-инфи-цированных коров. Данный факт является следствием недостаточного количества молочнокислых бактерий и низкой кислотности выработанного продукта. Между показателем КМАФАнМ в исходном сырье и коли­чеством молочнокислых микроорганизмов в готовом продукте нами была отмечена обратная корреляция, т.е. при увеличении показателя КМАФАнМ в молоке (см. табл. 1) содержание молочнокислых микроорга­низмов в готовом продукте (см. табл. 2) снижалось. Это связано с тем, что вторичная микрофлора, воз­можно, конкурирует с молочнокислыми микроорга­низмами за питательные вещества молока. При этом прослеживалась следующая тенденция: снижение ко­личества молочнокислых бактерий на 1 порядок сопро­вождалось снижением кислотности готового продукта на 5 пунктов по шкале Тернера, а на 2 порядка -на 10 пунктов.

Результаты исследований подтверждают мнение ряда авторов о снижении технологических свойств молока коров при ретровирусной инфекции. Так, по данным В.Н. Смирновой [9], молоко коров, инфицированных вирусом лейкоза, по технологическим параметрам от­личается от молока здоровых, что, по мнению автора, ограничивает возможность его использования для по­лучения доброкачественных продуктов переработки. По данным того же автора, антибактериальные свойс­тва молока у больных лейкозом коров по сравнению с молоком интактных животных значительно снижались, в частности содержание лизоцима в молоке уменьша­лось на 30% [9]. Это может приводить к значительному повышению бактериальной обсемененности молока, что, в свою очередь, негативно отражается на органо-лептических, физико-химических и микробиологичес­ких характеристиках молочных продуктов, снижая их пищевую ценность для человека [16].

Заключение

С увеличением массовой доли примеси молока BLV-инфицированных и коинфицированных ретровирусами коров с 10 до 50% отмечается ухудшение физико-хи­мических (повышение кислотности, снижение содержа­ния белка) и микробиологических (повышение микроб­ной обсемененности) характеристик молочного сырья, а пробы, содержащие 50% молока инфицированных ретровирусами коров, имеют неудовлетворительные санитарно-гигиенические показатели.

При наличии в сборном молоке 10, 30 и 50% примеси молока BLV-инфицированных и коинфицированных ретровирусами коров технологические свойства сырья ухудшаются, что выражается в увеличении времени ферментации кефирного напитка на 4-50% с возраста­нием массовой доли примеси молока инфицированных ретровирусами коров.

Кефирный напиток, выработанный из пастеризован­ного молочного сырья с примесью 30 и 50% молока BLV-инфицированных и коинфицированных ретровирусами коров, обладает неудовлетворительными органолептическими, физико-химическими и микробиологи­ческими свойствами.

Молоко-сырье с примесью молока коинфицированных ретровирусами коров имеет худшие физико-хими­ческие, микробиологические и технологические харак­теристики относительно молока BLV-инфицированных коров, что находится в прямой корреляции с качеством вырабатываемого из него кефирного напитка.

Таким образом, технологическая пригодность молоч­ного сырья с примесью молока BLV-инфицированных и коинфицированных ретровирусами коров для про­изводства кисломолочных продуктов низка. Учитывая данные зарубежных исследователей о том, что молоко инфицированных энзоотическим лейкозом коров по­тенциально небезопасно для человека, а также от­сутствие сведений о свойствах молока инфицирован­ных BIV коров, его использование может представлять опасность для потребителя. Применение молока-сырья с 30% и более примеси молока инфицированных ретровирусами коров для выработки кисломолочных про­дуктов недопустимо, так как полученный продукт не соответствует гигиеническим нормативам. Соответс­твенно, необходимо принимать более радикальные меры в отношении инфицированного ретровирусами КРС, принимая во внимание возможность наличия у живот­ных ретровирусной коинфекции.

Литература

1. Эпизоотическая ситуация в Российской Федерации, 2017 год (3-й квартал). Данные информационно-аналитического центра Россельхознадзора. URL: http://www.fsvps.ru/fsvps-docs/ru/iac/rf/2017/report_3_quater.pdf. (дата обращения: 11.04.2018).

2. Об эпизоотической ситуации по ряду заразных и особо опасных болезней животных в Российской Федерации, август 2017 г. Владимир Николаевич Шевкопляс директор Департамента вете­ринарии Минсельхоз РФ. URL: http://depvet.samregion.ru/assets/files/doklad.pdf (дата обращения: 11.04.2018).

3. Gutierrez G., Rodriguez S.M., de Brogniez A., Gillet N., Golime R., Burny A. et al. Vaccination against δ-retroviruses: the bovine leukemia virus paradigm // Viruses. 2014. Vol. 6, N 6. P. 2416­2427.

4. Rodriguez S.M., Florins A., Gillet N., de Brogniez A., Sanchez-Alcaraz M.T., Boxus M. et al. Preventive and therapeutic strategies for bovine leukemia virus: lessons for HTLV // Viruses. 2011. Vol. 3, N 7. P. 1210-1248.

5. Криворучко С.В., Абакин С.С., Дубравная Г.А. Вирус иммуноде­фицита крупного рогатого скота в хозяйствах Ставропольского края // Вет. патология. 2012. 2. С. 35-38.

6. Колотвин В.В., Капитонов А.В., Гриненко Н.Ф. и др. Выявление вируса иммунодефицита КРС в Московской области // Рос. вет. журн. с.-х. животные. 2006. № 2. С. 18-20.

7. Правила по профилактике и борьбе с лейкозом крупного рога­того скота: утверждены Министерством сельского хозяйства и продовольствия Российской Федерации, приказ от 11 мая 1999 года № 359. Собрание законодательства Российской Феде­рации, 1998, № 38, ст. 4808.

8. Красникова Е.С., Утанова Г.Х., Федосов Н.А., Щербаков А.А. Оценка качества молока, полученного от инфицированных ретровирусами коров и определение способов его перера­ботки // Научное обозрение. 2015. № 17. С. 10-15.

9. Смирнова В.Н. Биологическая и санитарная характеристика молока при лейкозе крупного рогатого скота : автореф. дис. ... канд. биол. наук. Тверь, 1999.

10. Закрепина Е.Н. Лейкоз крупного рогатого скота и его влияние на коли­чественные и качественные показатели молочной продуктивности коров : автореф. дис. . канд. вет. наук. Вологда-Молочное, 2001.

11. Пат. 2615465 Российская Федерация, МПК С120 1/68. Диагности­ческая система для выявления ДНК провирусов лейкоза и имму­нодефицита крупного рогатого скота методом мультиплексной полимеразной цепной реакции / Красникова Е.С., Ларионова О.С., Красников А.В., Утанова Г.Х., Белякова А.С. ; заявитель и патенто­обладатель ФГБОУ ВО Саратовский ГАУ. № 2015132112/04 ; заявл. 31.07.2015 ; опубл. 04.04.2017, Бюл. № 10.

12. Iwan E., Szczotka M., Kocki J. Cytokine profiles of dendritic cells (DCs) during infection with bovine leukaemia virus (BLV) // Pol. J. Vet. Sci. 2017. Vol. 20, N 2. P. 221-231.

13. Bhatia S., Patil S.S., Sood R.. Bovine immunodeficiency virus: a lentiviral infection // Indian J. Virol. 2013. Vol. 24, N 3. P. 332-341.

14. Duncan R.B., Scarratt W.K., Buehring G.C. Detection of bovine leukemia virus by in situ polymerase chain reaction in tissues from a heifer diagnosed with sporadic thymic lymphosarcoma // J. Vet. Diagn. Invest. 2005. Vol. 17, N 2. P. 190-194.

15. Motton D.D., Buehring G.C. Bovine leukemia virus alters growth properties and casein synthesis in mammary epithelial cells // J. Dairy Sci. 2003. Vol. 86, N 9. P. 2826-2838.

16. Свириденко Г.М. Оценка микробиологических рисков в произ­водстве молочных продуктов // Переработка молока. 2010. 4 (126). С. 6-9.

References

1. Epizootic situation in the Russian Federation, 2017 (3rd quarter). Data of the Rosselkhoznadzor information and analytical center. URL: http://www.fsvps.ru/fsvps-docs/ru/iac/rf/2017/report_3_quater.pdf. (date of access April 11, 2018) (in Russian)

2. About epizootic situation on a number of infectious and dangerous animal diseases in the Russian Federation, August 2017. Vladimir N. Shevkoplyas Director of the veterinary Department of the Ministry of agriculture. URL: http://depvet.samregion.ru/assets/files/doklad.pdf. (date of access April 11, 2018) (in Russian)

3. Gutierrez G., Rodriguez S.M., de Brogniez A., Gillet N., Golime R., Burny A., et al. Vaccination against δ-retroviruses: the bovine leukemia virus paradigm. Viruses. 2014; 6 (6): 2416-27.

4. Rodriguez S.M., Florins A., Gillet N., de Brogniez A., Sanchez-Alcaraz M.T., Boxus M., et al. Preventive and therapeutic strategies for bovine leukemia virus: lessons for HTLV. Viruses. 2011; 3 (7): 1210-48.

5. Krivoruchko S.V., Abakin S.S., Dubravnaya G.A. Bovine immunodeficiency virus in farms of Stavropol region. Veterinarnaya patologiya [Veterinary Pathology]. 2012; (2): 35-8. (in Russian)

6. Kolotvin V.V., Kapitonov A.V., Grinenko N.F., et al Discovery of Bovine immunodeficiency virus infection in Moscow region. Rossiyskiy veterinarniy zhurnal. Sel'skokhozyaistvennye zhyvotnye [Russian Veterinary Journal. Agricultural Animals]. 2006; (2): 18-20. (in Russian)

7. Regulations on prevention and fight against bovine leukemia: are approved by the Ministry of agriculture and food of the Russian Federation, the order of May 11, 1999 N 359. Collection of legislation of the Russian Federation, 1998, N 38, Art. 4808. (in Russian)

8. Krasnikova E.S., Utanova G.K., Fedosov N.A., Shcherbakov A.A. Assessment of the quality of milk obtained from cows infected with retroviruses and determination of the ways of processing it. Nauchnoe obozrenie [Scientific Review]. 2015; (17): 10-5. (in Russian)

9. Smirnova V.N. Biological and sanitary characteristics of the milk in the bovine leukemia: Autoabstract of Diss. Tver', 1999. (in Russian)

10. Zakrepila E.N. The bovine leukemia and its effect on quantitative and qualitative indicators of milk productivity of cows: Autoabstract of Diss. Vologda-Molochnoe, 2001. (in Russian)

11. Pat. 2615465 Russian Federation, IPC C12Q 1/68. Diagnostic system for detection of DNA proviruses leukemia and immune deficiency in cattle by multiplex polymerase chain reaction / Krasnikova E.S., Larionov, O.S., Krasnikov A.V., Ulanova G.H., Belyakov A.S.; applicant and patentee of the Saratov State Vavilov Agrarian University. N 2015132112/04; declared. 31.07.2015; publ. 04.04.2017, Bul. N 10. (in Russian)

12. Iwan E., Szczotka M., Kocki J.. Cytokine profiles of dendritic cells (DCs) during infection with bovine leukaemia virus (BLV). Pol J Vet Sci. 2017; 20 (2): 221-31.

13. Bhatia S., Patil S.S., Sood R. Bovine immunodeficiency virus: a len-tiviral infection. Indian J Virol. 2013; 24 (3): 332-41.

14. Duncan R.B., Scarratt W.K., Buehring G.C. Detection of bovine leukemia virus by in situ polymerase chain reaction in tissues from a heifer diagnosed with sporadic thymic lymphosarcoma. J Vet Diagn Invest. 2005; 17 (2): 190-4.

15. Motton D.D., Buehring G.C. Bovine leukemia virus alters growth properties and casein synthesis in mammary epithelial cells. J Dairy Sci. 2003; 86 (9): 2826-38.

16. Sviridenko G.M. Assessment of microbiological risks in dairy production. Pererabotka moloka [Processing of Milk]. 2010; 4 (126): 6-9. (in Russian)